Видео 7: Хирургические методы решения проблемы эректильной дисфункции после радикальной простаэктомии

Видео 8: Применение симультанной имплантационной технологии пенильной реабилитации: анализ, факты

Вопрос из зала:

Очень интересная лекция, Михаил Иосифович! И тема очень актуальная. Ввиду того, что было сегодня сказано, я хочу спросить следующее: мы все знаем, что во многих клиниках, во многих крупных центрах в мире при простатэктомии применяется симультанная имплантационная технология пенильной реабилитации. В связи с этим насколько актуальна наша сегодняшняя тема, во-первых? И, во-вторых, какой приблизительно процент пациентов все-таки переходит на вторую или третью линию пенильной реабилитации после первой линии, например, после приема тадалафила после простатэктомии при развитии эректильной дисфункции? Спасибо!

М.И.:

Очень интересный вопрос! Спасибо! Я бы сказал более осторожно: существуют такие центры, которые практикуют такую хирургию одномоментной имплантации протезов. Хорошо, что вы задали этот вопрос! Предположим, есть больной, у которого местно-распространенный рак уже, допустим, в стадии инвазии сосудисто-нервных пучков. И мы знаем об этой инвазии (сегодняшнее мультипараметрическое МРТ очень хорошо устанавливает эти изменения в сосудисто-нервных пучках). И больной хочет хирургии. И операцию на самом деле рационально сделать. Если у его нет метастатического поражения регионарных лимфоузлов (я уже не говорю об удаленных), то можно сделать такую хирургию. Но мы же знаем, что после такой хирургии (абсолютно адекватной, онкологически радикальной) у человека будет эректильная дисфункция. И шансы на восстановление сексуальной функции крайне малы. И если ему можно предложить имплантацию надувного протеза, и он согласен на это, то почему бы это не сделать? Но я думаю, что все-таки это небольшая часть пациентов (мне так представляется). Я, честно говоря, не могу сказать, какому количеству пациентов проводят такую хирургию. И, между прочим, ни в американских, ни в европейских рекомендациях эта позиция не обсуждается. То есть она может иметь «право гражданства». Безусловно! Но сейчас широко обсуждается позиция (и она уже вошла в американские и европейские рекомендации), что радикальная простатэктомия может являться методом лечения местно-распространенного рака. При стадии Т3а. И там указывается: «у селективных пациентов». Что такое селективный пациент? Когда мы обсуждаем вот эти проблемы с учетом его возраста, с учетом его физической кондиции, с учетом его семейных отношений. К нам на прием может же прийти мужчина 55 лет с шикарной физической соматической системой, которому не интересна сексуальная функция, потому что он одинок, и он не собирается устраивать свои сексуальные отношения. Ну что мы будем здесь обсуждать? Правда? И тем более он говорит: «Мне нужна радикальная операция, я доцент, я каждый день читаю лекции – это вся моя жизнь, я веду научные исследования, семья у меня была, семейные отношения меня больше не интересуют – я хочу лишь работать. Но дайте мне возможность пожить! Хоть 15 лет, хоть 10...»

Что я должен ему сделать, если он так ставит вопрос? Радикальную операцию. И никаких пучков у него не будет, и мы не будем думать о регенерации... Да и зачем восстанавливать сексуальную функцию, если она человеку не нужна? Но все-таки кто-то может сказать: «Такие больные бывают редко...» Они бывают редко, если ты не занимаешься этой проблемой. Но если ты ведешь постоянный прием, то такие пациенты встречаются. Поэтому мне представляется, что можно ставить и так вопрос. И это не есть противопоказание – одномоментная хирургия. Напомните, пожалуйста, вторую часть вашего вопроса.

Вопрос из зала:

Каков процент перехода пациентов с первой линии на вторую-третью?

М.И.:

Если вы говорите именно о пациентах после радикальной простатэктомии, то честно могу сказать, я не владею такой статистикой. У меня нет данных по проценту перехода. Может быть, есть такие статьи, но, честно говоря, я не могу привести никаких цифр. Если говорить о моем личном опыте, я могу сказать, какой процент тех больных, которые есть у меня, и которые получают ингибиторы фосфодиэстеразы. Среди моих пациентов таких 10%. Это очень мало! Есть среди них те, у которых терапия оказывается неэффективной? Да, есть: примерно половина этих больных. И мы должны перейти на хирургию через год. Конечно, если у больного в течение шести месяцев даже намека на набухание нет, нет и намека на туменесценцию, то такому больному я могу и через полгода сказать: «Вы знаете, вряд ли мы достигнем результата». Если вообще нет никаких подвижек! Конечно, если у него есть туменесценция, терапию надо продолжить до года. Вот все, что я знаю по этому вопросу, я вам рассказал. Это интересно изучать в научном плане на больших статистических массивах, в центрах, в которых концентрируются такие пациенты. Пожалуйста!

М.И.:

Нам уже надо закачивать, поэтому, уважаемые коллеги, я благодарю тех 40 врачей, которые слушали нас. И если у вас будут по-прежнему к нам вопросы, пожалуйста, на сайте www.uroweb.ru вы можете найти наши данные. На нашем сайте www.uroprofi.ru вы можете обратиться к нам с вопросами. Мы можем с вами коммуницировать, выяснять, делиться опытом. Я вам желаю хорошей практической жизни и финансовых возможностей, в связи с тем, что познав проблему, мы сможем лучше помочь больным. Всего вам самого доброго! Спасибо!

URO-PM-2302-2016-11-07

Поделитесь вашим мнением

Больше материалов